Аналитическая проблематика в книге Дмитрия Галковского “Бесконечный тупик”

“Пристальное чтение” позволяет Галковскому замечать многое, не замечавшееся другими. Например, он выявляет не только новаторское, но и “тавтологическое” в творчестве Достоевского (что является частным случаем “тавтологичности” культуры вообще): “Кроме всего прочего, доступного и иностранному читателю, возникает особое чувство удивительной гармоничности и полного растворения в авторских мыслях. Самые сокровеннейшие фантазии, самые изощренные страсти во всем их спектре, от возвышенных до низменных, все это удивительно точь-в-точь соответствует индивидуальным изгибам русского “я”. Повторяю, это странное, ни с чем не сравнимое чувство полного соответствия, делающее Достоевского совершенно особым, интимно русским писателем. И это, этот фон, в нем главное. «Остальное все “было”». У Бальзака, Диккенса, Шиллера, Гете, Шекспира, Сервантеса, наконец Тургенева, Толстого и других. Но вот этого русского “мясца”, русского “духа” — не “Духа” Гегеля, а духа, который баба-яга у себя в избушке почуяла, — ни у кого до него не было. Только, может быть, у Гоголя чуть-чуть угадывается”. “Остальное все “было”" Галковского эквивалентно “определенным типам уже виденного, уже читанного” Барта, т. е. понятию литературных кодов, и свидетельствует о большой степени приближенности к постструктурализму/постмодернизму в понимании специфики культуры.

По-своему, парадоксально, часто вразрез с общепринятым Галковский комментирует цитируемое, причем комментирование перерастает в культурфилософские размышления, захватывающие широкий круг проблем.

Как объясняет автор “Бесконечного тупика”, создавая книгу, он преследовал цели не литературные, а интеллектуально-философские. Но, чтобы “осуществить на родном языке, в общем, глубоко НЕРУССКИЙ дар философского мышления” 313, из-за недостаточной разработанности языка русской философии решил использовать русский литературный язык, исключительно богатый, гибкий, многозначный. “Мои действия, — сказал Галковский в одном из интервью, — это действия философа в стране с низким развитием интеллектуальной культуры, но с гипертрофированным развитием, скажем так, “средств передачи эмоций”. Я для себя делаю умозаключения, но доношу их до читательской аудитории на другом языке — на языке русской литературы”.

Осуществляя свое намерение, Галковский вышел за границы как философии, так и литературы в некое пограничное пространство философии-литературы, где языки философии и литературы (а также сопутствующие последней языки эссеистики, публицистики, дневниковых записей) представлены как равноправные. В этом он словно следует призыву теоретиков постструктурализма к пересечению границ, к ближению науки с литературой, отмечавших также, что и литература, спасаясь от заштампованности, все время как бы уходит от самой себя и все новое в ней создается на границах. “Ведь границы между художественным и внехудожественным, между литературой и не литературой и т. п. не богами установлены раз и навсегда. Всякий спецификум историчен. Становление литературы не есть только рост и изменение ее в пределах незыблемых границ спецификума; оно задевает и самые эти границы”, — указывает Михаил Бахтин.

“Бесконечный тупик” мы вправе рассматривать как явление пара-литературы.

Галковский дает собственный вариант созданной Борхесом литературной формы в виде примечаний к несуществующему тексту. Но форму, которую Борхес использовал в произведениях малого жанра, автор “Бесконечного тупика” распространил на книгу в полторы тысячи страниц, соединяя в одном тексте энциклопедический по богатству и разнообразию материал, “рассредоточенный” у Борхеса во множестве рассказов и эссе. Уже в этом проявляются такие специфически русские качества, как чрезмерность (превышение меры во всем), избыточность (нерасчетливая, бескорыстная трата сил, энергии), гигантизм (пристрастие к поражающему своими масштабами).

 

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение? Сохрани в закладках сайт еще пригодится - » Аналитическая проблематика в книге Дмитрия Галковского “Бесконечный тупик”

Рубрика: Образцы сочинений по русскому языку