Пересказы содержаний произведений

«Тамань — самый скверный городишко из всех приморских городов России. Я там чуть—чуть не умер с голода, да еще вдобавок меня хотели утопить» — такими словами открывается эта повесть Печорина. Он задержался в Тамани по пути на Кавказ. Свободных казенных квартир не оказалось, и Печорина поселили в хате на берегу моря, предупредив, что «там нечисто». Здесь его встретил слепой мальчик. Мальчик был сиротой и рассказал Печорину, что хозяйка умерла, а ее дочка сбежала с крымским татарином.

Окончание журнала Печорина. Княжна Мери. Перед нами —дневник Печорина, в котором помечаются дни записи. 11 мая Печорин делает запись о своем приезде в Пятигорск. Найдя квартиру, он направился к источнику. По дороге его окликнул знакомый, с которым он когда—то служил. Это был юнкер Грушницкий. Печорин увидел его таким: «Он только год в службе, носит, по особому роду франтовства, толстую солдатскую шинель. У него георгиевский солдатский крестик. Он хорошо сложен, смугл и черноволос; ему на вид можно дать двадцать пять лет, хотя ему едва ли двадцать один год.

Однажды Печорин жил несколько недель в казачьей станице, где за столом зашел странный разговор об одном из мусульманских поверий, будто бы судьба человека предопределена небесами. Офицеры, каждый по своему, высказывались за и против, но неожиданно один из них, серб, поручик Вулич, вызвался «испробовать на себе, может ли человек …располагать своей жизнью или каждому… назначена роковая минута».

Герой Байрона — из знатного рода, его блестящие предки за заслуги перед Англией (Альбион — древнее название Британских островов) «снискали славу и почет». Жизнь не доставляла Чайльд Гарольду никаких забот, он жил, подобно мотыльку, не задумываясь о завтрашнем дне, как вдруг, когда юноше минуло восемнадцать, «в расцвете жизненного мая», ему все наскучило, жажда наслаждений остыла и наступило пресыщение — «болезнь ума и сердца роковая».

Самые популярные статьи:

С середины XIV века войска Османской империи начали захват территории Греции. После взятия турками Константинополя и падения Византийской империи Греция четыре века была лишена национальной независимости. Байрон скорбит о былом величии Греции, о том, что все это, как «промелькнувший сон» — только дети еще учат «историю ушедших в тьму времен». Он пытается возродить героический дух Греции, напоминая о «мужах высокой славы», о героях Фермопил, когда греки  (480 г. до н. э.) численностью всего около пяти тысяч противостояли почти двухмиллионной армии персидского царя Ксеркса.



Наверх