В прекрасный июльский день охотился я за тетеревами в Чернском уезде Тульской губернии. Уже вечерело, когда я решил вернуться домой. Я взобрался на холм и вместо знакомых мест увидел узкую долину, напротив стеной возвышался частый осинник. Я пошёл вдоль осинника, обогнул бугор и очутился в лощине. Она имела вид котла с пологими боками, на дне её стояло несколько больших белых камней — казалось, они сползлись туда для тайного совещания. В долине было так глухо и уныло, что сердце у меня сжалось.

Душным летним днём я возвращался с охоты в тряской тележке. Вдруг кучер мой забеспокоился. Взглянув вперёд, я увидел, что путь нам пересекает похоронный обоз. Это была дурная примета, и кучер стал погонять лошадей, чтобы успеть проехать перед обозом. Мы не проехали и ста шагов, как у нашей тележки сломалась ось. Между тем покойник нагнал нас. Кучер Ерофей сообщил, что хоронят Мартына-плотника.

Алексей Александрович Арсеньев герой автобиографического характера. Все в романе как бы намекает на то, что через его образ Бунин воссоздает этапы своего собственного жизненного пути. Родное село Арсеньева. — Каменка — во многом напоминает родину Бунина — хутор Бутырки Елецкого уезда; отец А.— Александр Сергеевич — это воссозданный портрет отца Бунина — Алексея Николаевича.

Аркадина «Обворожительная пошлячка», «обаятельная каботинка», «самодовольная и самоуверенная провинциальная знаменитость» — такова А. в оценке театральной критики. Основа характера А. — «воля к самоутверждению и славе» (слова Н. Е.Эфроса о Л. Б.Яворской, в которой современники видели жизненный прототип А.).

Аркадий Долгорукий незаконнорожденный сын помещика Версилова, получивший «княжескую» фамилию своего юридического отца Макара Долгорукого, бывшего дворового человека. А. Д. вырос вне семьи, «детские грустные годы» провел в частном пансионе, подвергаясь насмешкам и унижениям. Тогда он, по его собственным словам, «сознал, что я… лакей» и начал в мечтах «пересоздавать жизнь на иной лад». Образ пушкинского Барона, скупого рыцаря, а позднее Ротшильда, становится для юноши идеалом, совмещая в себе эстетически значимое чудо (внезапное явление из ничтожества), тайну (полная безвестность до накопления «рот-шильдовой цифры») и авторитет (Ротшильд «выше всех», так как «деньги …единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество»).