Творческое наследие Павла Арсеньевича Грабовского – яркое проявление силы, жизненности, свободолюбивых традиций украинской литературы. Его поэзия полна большой жертвенной любви к родному краю, обездоленному украинскому народу, ради которого он пошел тернистым путем. Все свои силы, даже свою жизнь отдал за Украину, за «окованный, угнетенный народ». По тюрьмам и в ссылке, в «Невольницкой глуши» поэта пытали 20 лет. Тяжелым сибирским путем по арестантским пересыльным этапам гнали поэта царские жандармы, а он при остановке углем писал на стенах бараков свои стихи, посвященные Украине. Безумно любил Грабовский свой родной край, обездоленную свою Украину, ее простой трудовой народ.
Поэзия занимает ведущее место в многогранном творчестве великого Каменщика, что является высшим достижением украинского поэтического слова после «Кобзаря» Шевченко, ее часть принадлежит к лучшим достижениям мировой поэзии. Но яркой звездой в поэтическом наследии поэта сияет его необычный поэтический сборник «Увядшие листья», изданный в 1896 году. Он объединил поэзии преимущественно с печальными мотивами, написанные в течение трудного периода жизни поэта.
Что-то не очень верится в пацифизм. Правда, не захлебывается восторгом по поводу военных побед русская литература, но пацифизм…
Кажется, с самого начала эта литература предпочитает мир. В знаменитой оде «На день Восшествия на престол…» Ломоносов превыше всего ставит «возлюбленную тишину», то есть отсутствие звуков битвы, войны. Мечтает Пушкин о временах, «когда народы, распри позабыв, в единую семью соединятся». Горько спрашивает Лермонтов: «Человек! Чего он ищет? Небо ясное, Под небом места хватит всем, Но беспрестанно и напрасно Один враждует он. Зачем?». Одно из лирических стихотворений Некрасова начинается словами» Внимая ужасом войны…». Я уже не буду говорить о проповеди мира, которая является едва ли не главной темой многих произведений Льва Толстого, от «Казаков» и до «Войны и мира», где война прямо называется уголовным преступлением против человека и человечества. Автор доказывает, что война неестественное явление, что каждый участник ее должен это в себе преодолеть, прежде чем станет профессиональным военным. Так мы видим Николая Ростова в его первый схватке, когда пришлось ему поджигать города. Тут и выяснилось, что нормальный человек не может понять войну, ему там уготовано только место. Так переоценивает свою жизнь на Пращенском холме и князь Андрей, понимая, наконец низость порывов к воинской славе. Война, по Толстому, отбирает лучшее, что есть в человечестве, она не санитар его, а могильщик.
Сущность лирики талантливого украинского поэта Павла Грабовского, именем которого гордится наша отечественная литература, Иван Франко метко передал словами: «Крик боли и тоски по родной Украине». И, действительно, когда читаешь искренние строки, полные душевного запала, соединенного с невыразимой печалью, зримо ощущаешь муки поэта-патриота, оторванного на долгие десятилетия от родной земли, ее культуры, лишенного возможности работать на национальной ниве.
Самые популярные статьи:
Мир Кафка «был обречен видеть с такой ослепительной выразительностью, что считал это зрелище невыносимым», – наша вселенная в том состоянии, в котором она находится после Освенцима, оказалась на грани исчезновения. Его работа разрушительная, но не потому, что он открыл истину, а потому, что, будучи человеком и, следовательно, не имея способности найти ее, он отказался довольствоваться полуправдой и компромиссными решениями. В представлениях, порожденных его глубинным «я», в языке кристальной чистоты он дал выход своим мучениям, которые были вызваны тем, что родился человеком. Ни один писатель не смог дать такой глубокий анализ страхов и неврозов XX века, как это сделал Франц Кафка. И хотя сам Кафка умер раньше, чем его худшие опасения стали явью, все уцелевшие члены его семьи погибли в нацистских концентрационных лагерях, предоставив литературным ужасам писателя кошмарную реальность. Воображение Кафки в значительной степени основывается на подробностях его прошлого. Родился он в 1883 году в Праге, входившей в то время в состав Австро-Венгерской империи. Будучи евреем в католическом городе, где его отца, который говорил по-немецки, отождествляли с угнетателями независимой Чехии, Кафка в глубине души всегда чувствовал себя лишним и страдал от этого. Он был старшим из детей Германа и Юлии Кафки. Его отец, мелкий торговец из южной Богемии, наконец, разбогател и добился успеха: он или не замечает своего чувствительного, впечатлительного сына или жестоко издевался над ним. Кошмарный мир тиранов и жертв будущего писателя много в чем основан на воспоминаниях о взаимоотношениях с ним.