Товары

Центральный символ главы Игра в шахматы (A Game Of Chess) поэмы «The Waste Land» – Белладонна

26.06.2011

Необходимо прежде всего рассматривать поэтический отрывок «Смерть Герцогини», чтобы определить основное направление, в котором развивалась творческая мысль Элиота. Здесь обращает на себя внимание тот факт, что стержневым мотивом для поэта первоначально был мотив замкнутости и изолированности людей, их некоммуникабельности. Именно поэтому II глава была первоначально названа «В клетке». И все же непосредственно перед публикацией «The Waste Land» «Смерть Героини» была отвергнута, а глава получила новое название, «Игра в Шахматы», ибо оно больше чем прежнее соответствовало выверенному Элиотом соотношению в эпизодах доминирующих мотивов и тем. Что касается второй главы, то здесь мотив замкнутости оказался подчинен мотиву механического (бессознательного) существования, который и был заявлен в новом заглавии, «A Game Of Chess».

Центральный символ главы, Белладонна (одна из карт мадам Созострис) предстает в повествовании Элиота развернутым. На уровне проявлений внешней реальности главы обобщенный тип обитательницы бесплодной земли распадается на два образа: великосветской неврастенички и посетительницы лондонской пивной, Лил. Различие героинь – лишь во внешнем образе жизни, внутренне они тождественны.

«A Game Of Chess» условно можно разделить на три части. Первая – описание изысканного будуара. Атмосфера дурманящей чувственности, царящей здесь, придает действительности оттенок эфемерности. Следующий за ней диалог повествователя «Бесплодной земли» и его возлюбленной подчеркивает утрату связей между людьми, их неспособность к общению. Метафорические образы смерти, которые проникают в сознание повествователя, символизируют обреченность замкнутого существования. «A Game of Chess» завершается разговором в пабе между Лил и ее приятельницей, упрекающей Лил в том, что после аборта та подурнела. Бесплодие (аборт) – метафорический эквивалент смерти, парадоксальным образом оказывается неизбежным следствием чувственной страсти. Первая фраза представляет читателю героиню:

    The chair she sat in, like a burnished throne, Glowed on the marble…

Возникает ощущение, что за небольшим вступлением последует более подробное описание героини. Однако вместо этого повествование растекается

В долгий перечень предметов, составляющих обстановку будуара. Героиня предельно обезличена, ибо человеческое «я» здесь скрыто и представлено материальными объектами. Перед нами – не просто описание внутреннего мира, а его объективизация. Через это появляется способность проникнуть в сознание героини и даже сопереживать ей, созерцая вместе с ней картины, статуэтки, сверкающие драгоценные огни, вдыхая запахи, прислушиваясь к потрескиванию огня в камине и шагам на лестнице. Конкретизация доводится Элиотом до наивысшей точки, где реальность обнаруживает в себе общечеловеческое, универсальное. В такой ситуации перед мысленным взором читателя возникает не просто образ или тип современной женщины, а универсальное женское начало, неизменное со времен грехопадения до наших дней. Метафорические образы становятся в «A Game Of Chess» вечными и обнаруживают аналогии в произведениях, составляющих основу европейской традиции.

Один из важнейших метафорических образов в поэме – это огонь. Огонь понимается традиционно как приносящий разрушение или очищение. Элиот акцентирует первый смысл, ибо бесплодная земля представляет собой мир, где укорененность человека в грехе не оставляет места очищению. Тем не менее, на уровне внешней реальности поэмы огонь страсти – метафора внутреннего состояния героини и элемент декорации:

    The glitter of her jewels rose to meet it, From satin cases poured in rich profusion; In vials of ivory and coloured glass Unstoppered, lurked her strange synthetic perfumes, Unguent, powdered, or liquid – troubled, confused And drowned the sense in odours; stirred by the air That freshened from the window, these ascended In fattening the prolonged candle – flames, Flung their smoke into the laquearia, Stirring the pattern on the coffered ceiling.

Здесь образ огня метафоричен, так как его составляют более мелкие концептуальные метафоры: когнитивная онтологическая

Структурная – «fattening the prolonged candle – flames»; «Flung their smoke into the laquearia»- с точки зрения стилистики у Арнольд – это гиперболическая, простая метафора, а весь выделенный мною абзац представляет собой развернутую метафору.

Обозначением чувственно-эротического импульса, движущего современной жизнью в данной главе является парфюмерный аромат «STRANGE SYNTHETIC PERFUMES». Замутняющий разум человека, аромат ассоциируется с опьяняющей страстью к женщине. Если в «Похоронах мертвого» соотнесение запаха и страсти, заданое в слове «белладонна», намечено лишь пунктирно, то в главе «Игра в Шахматы» оно становится очевидным. В ранних стихотворениях Элиота я также сталкивалась с такого рода ассоциацией. Мотив аромата, запаха обостряет чувственность и таит в себе смертельную опасность. Флаконы, статуи, картины, ткани, сохраняя свой зловещий смысл, переносятся Элиотом в пространство, которое окружает аристократку:

    In vials of ivory and coloured glass Unstoppered, lurked her strange synthetic perfumes, Unquent, powdered, or liquid – troubled, confused And drowned the sense in odours; stirred by the air

Аромат, наполняющий воздух спальни, активизирует чувственно-эротическое начало в человеке. Наивысшее напряжение природных сил приводит субъекта на грань жизни и смерти, где сознание полностью растворено в чувстве. Эротизм ассоциируется, таким образом, с наркотическим ароматом, который замутняет рассудок и усиливает чувство.

Предельная интенсивность чувственного начала есть, согласно Элиоту, иллюзия полноты жизни, свойственная человеку, связанному первородным грехом. Фактически же этот бунт плоти означает неполноценность жизни, смерть-в-жизни, ибо подлинное бытие предполагает сбалансированность мысли и чувства. Активизация чувственного начала не приводит к высшим формам жизни. Напротив, она опустошает человека, ввергая его в мир смерти.

Аристократка, живущая в современном мире, напоминает механическую куклу. В «A Game of Chess» живой запах умерщвлен. Он становится искусственным (парфюмерным) и воспринимается как запах разложения. Изобилие анимистических метафорических эпитетов помогают именно так воспринимать этот запах: «strange synthetic perfumes», а также глагольных метафор «troubled, confused and drowned the sense in odours». Таким образом, метафорический образ создается, с точки зрения лингвистики, с помощью метафоры как способа существования значения слова, а также метафоры как явления синтаксической семантики.

Заполняя все художественное пространство произведения, поэтические образы позволяют судить о том, насколько богат метафорический язык автора. Там образ аристократки создается при помощи развернутой метафоры, внутри которой существуют двучленные метафоры: «strange synthetic perfumes»- метафорический эпитет; «satin cases»-метафорический эпитет. В целом, развернутая метафора построена из грамматических и лексических метафор, что создает дополнительные коннотации оценочности,

Эмоциональности, экспрессивности или стилистической соотнесенности, то есть участвует в семантическом осложнении лексического значения слов высказывания.

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение » Центральный символ главы Игра в шахматы (A Game Of Chess) поэмы «The Waste Land» – Белладонна, тогда жми кнопку

  • Рубрика: Интерпретации. Поэтика литературного постмодернизма

  • Самые популярные статьи:



    Домашнее задание на тему: Центральный символ главы Игра в шахматы (A Game Of Chess) поэмы «The Waste Land» – Белладонна.

    
    Наверх