Товары

Елена Ханга Автор: Полина Капшеева (Лиора Ган)

13.06.2011

Свое восхищение профессионализмом Елены Ханги мне хотелось выразить ей еще с тех перестроечных времен, когда темнокожая журналистка впервые появилась в невероятно популярной российской телепрограмме "Взгляд". Случай представился только сейчас: Лена, ведущая программы НТВ "Про это", приехала в Израиль по приглашению нашей газеты. Приехала, чтобы встретиться со зрителями и, разумеется, снять передачу на местном материале.

- Как вы вообще попали на телевидение?

- Спасибо вам за теплые слова… Началось все с работы в газете "Московские новости". Вдруг мне посчастливилось стать первой советской журналисткой, которую по обмену пригласили в Бостон. Я попала в Christian Science Monitor – очень солидную газету, которую даже во времена "холодной войны" цитировали советские средства массовой информации. Вернулась в Москву, вдруг позвонил Листьев, рассказал, что появилась программа "Взгляд". Пригласил, я подружилась с этой великолепной троицей, "мушкетерами" – Листьевым, Захаровым, Любимовым. Думаю, эти были самые счастливые годы моей жизни. Мы выходили в прямой эфир, владели умами, казалось – ломали все устои. Хотя, если сейчас подумать, ничего особо крамольного мы не произносили… Прошло много лет, и в 1996 году НТВ пригласило меня, уже жившую в Америке, поехать на Олимпийские игры в Атланту.

- Вы имели какое-то отношение к спорту?

- Как и моя мама, я увлекалась теннисом и даже играла за ЦСКА. Но, что гораздо важнее, моим тренером была Анна Владимировна Дмитриева. Уже не говоря о том, что она – великолепная теннисистка, считаю ее одной из самых блестящих женщин нашего времени. Интеллигентна, умна, мудра – я всю жизнь мечтала быть на нее похожей. Даже знакомившись с мужчинами, иногда представлялась Аней. И вот, представьте, звонит Анна Дмитриевна: "Лена, поехали в Атланту". Я делала маленькие спортивные телевизионные сюжеты – с них и начался наш роман с НТВ. Дальше Парфенов предложил мне делать передачу "Про это".

- Вам одной?

- Конечно же – нет. У нас замечательная "команда-: шеф-редактор Андрей Лошак, Борис Халфин, Анджелла Боскис, Света Дударь, Костя Куц… И, разумеется, – зрители. Людей, которые специально приезжают на запись в Останкино, считаю невероятно самоотверженными. Высиживать в студии нужно часами, а тут еще все эти лампы пылают. Порой, когда темы особенно пикантны, набивается столько людей, что дышать просто невозможно. Однажды зрительница потеряла сознание. Упала с третьего этажа, ударилась головой об пол. Мы думали – все, насмерть… Поднялась, как ни в чем не бывало. Мы предложили "скорую" вызвать, а она: "Вы что? У меня наверху место. Не смыкайте ряды!" Видно тема "тайны женского оргазма" интересовала зрительницу больше, чем перспектива попасть в больницу… Я хорошо знаю американские шоу – публика в студии агрессивна. У нас ничего такого нет: уважают даже "отрицательного героя", которого мы стараемся подобрать, чтобы "завести" зал. И ко мне снисходительны. Иногда великодушно пропускают мимо ушей какие-то оплошности, подсказывают нужные слова.

- У вас бедный словарный запас?

- Ну, "про это" вообще не так много слов. Мы все привыкли говорить о сексе или языком улицы, или языком Пушкина, а середины, вроде бы, и не существует… Как-то шел разговор о половом акте, я задумалась, подыскивая подходящее слово. Зрители стали подсказывать: "Любить, обладать, возжелать", – очень трогательно выстроили цепочку из восьми слов.

- Осмелюсь осторожно поинтересоваться: для кого вы работаете? Кто ваш зритель?

- Мы адресуем передачу среднему человеку, который ищет ответы на некоторые вопросы – и находит их только с нашей помощью. По сути, программа – не о сексе. Секс – лишь ниточка, на которую мы нанизываем разные бусинки: политика, отношения в семье, образование, медицина, история, жилищный вопрос.

- Жилищный вопрос?

- Конечно. Еще в "Московских новостях" я хотела писать о том, что девушкам в Советском Союзе негде заниматься сексом. Мужчинам проще: они не так требовательны к условиям, их больше интересует сам процесс. А девушки мечтают о прекрасной спальне, шампанском, свечах… Я вспоминаю университетские годы – многие из нас в лучшем случае проживали с родителями, а в худшем – в общежитии, где просто царил бардак. Я жила с родителями и, естественно, приглашать никого к себе не могла. Подруги звали на дачи к МИДовским мальчикам. Но мне не нравились МИДовские мальчики, а тот, который нравился, дачи не имел. Подруги советовали определиться: или заниматься сексом с тем, кто мне нравится (но у него негде), или – с теми, у кого есть где. Но есть где у МИДовских мальчиков… Почему из-за того, что у нас в стране не решен жилищный вопрос, я должна заниматься сексом с какими-то неприятными мне людьми? И я предпочитала оставаться девственницей, а подруги уверяли, что воздержание вредит здоровью… Прошло время, сменился строй, но жилищный вопрос по-прежнему не решен, и девушки из бедных, но благородных семей должны делать тот же выбор. Часто у этих девушек потеря девственности происходит не в самых идеальных бытовых условиях: на чердаке, в машине, в подвале… И укрепляется в сознании девушки, что проблема – в ней самой. Но когда она приходит в программу, говорит или слушает, видит других людей – совершенно нормальных, таких же, как она сама, – неизбежно наступает раскрепощение.

- Но – не решение жилищного вопроса.

- К сожалению, здесь мы не властны… Что же касается раскрепощения – разве не достоин уважения человек, откровенно говорящий перед камерами о том, что волнует всех, но заявить о чем решается далеко не каждый?

- Может, такой человек и достоин уважения, но ему-то самому зачем этот духовный эксгибиционизм?

- Очень хороший вопрос… Секс и любовь – темы, которые занимают абсолютно всех, независимо от возраста, пола, социального статуса. Вспомните юность – мы все мечтали о первой ночи. Когда она осталась позади, невероятно хотелось поделиться своими переживаниями. Но с кем? На Западе принято обращаться к психотерапевту, а в России до последнего времени и поговорить-то было не с кем. А говорить о вещах, которые тебя беспокоят, необходимо. Думаю, что у многих людей возникли и остались психологические травмы именно потому, что не было возможности вовремя поговорить. Например, мне позвонила приятельница, с которой я училась в университете. Мы не встречались долгие годы, и она объявилась именно перед записью программы о тайнах женского оргазма. Я обрадовалась звонку, пригласила приятельницу в студию, она пришла. Потом плакала: "Лена, я родила четверых детей – и ни разу этого не испытала". Думала, что дело – в ней, муж подтверждал: "Ты фригидна". Обратиться к специалисту в голову не приходило. Так и жила с чувством вины – перед мужем, почему-то перед мамой, перед детьми. А на нашей передаче она увидела женщин, которые испытывали то же самое, но потом нашли в себе силы обратиться к врачу. Она сидела рядом с нашим Агарковым – потрясающим экспертом, который может понять абсолютно все и всех, он ей дал какие-то телефоны – проблема перестала существовать.

- Итак, вы – за публичность?

- Я – за то, чтобы мог высказаться тот, кому это нужно. Кому не нужно – пусть молчит. Кому программа помогает – тот пусть смотрит. Кому она неприятна – не надо смотреть. Иные зрители жалуются: дети смотрят. Для того мы и выходим в эфир поздно ночью, чтобы ребенок не включился.

- Детям до шестнадцати смотреть не рекомендуется?

Страницы: 1 2 3 4

Понравилось сочинение » Елена Ханга Автор: Полина Капшеева (Лиора Ган), тогда жми кнопку

  • Рубрика: Интерпретации. Поэтика литературного постмодернизма

  • Самые популярные статьи:



    Домашнее задание на тему: Елена Ханга Автор: Полина Капшеева (Лиора Ган).

    
    Наверх