«История государства Российского», как философский труд

29.01.2011

«История государства Российского» ставит читателя перед рядом парадоксов. Прежде всего надо сказать о заглавии этого труда. На титуле его стоит «История государства». На основании этого Карамзина стали определять как «государственника».  Заграничное путешествие Карамзина совпало с началом Великой французской революции. Событие это оказало огромное влияние на все его дальнейшие размышления. Молодой русский путешественник сначала увлекся либеральными мечтами под влиянием первых недель революции, но позже испугался якобинского террора и перешел в лагерь ее противников – весьма далека от реальности.

Следует отметить, что Карамзин, которого часто, но совершенно безосновательно отождествляют с его литературным двойником – повествователем из «Писем русского путешественника», не был поверхностным наблюдателем событий: он был постоянным носителем Национальной ассамблеи, слушал речи Мирабо, аббата Мори, Робеспьера и других.  Можно с уверенностью сказать, что ни один из видных деятелей русской культуры не имел таких подробных и непосредственно личных впечатлений от Французской революции, как Карамзин. Он знал ее в лицо. Здесь он встретился с историей.  Не случайно Пушкин называл идеи Карамзина парадоксами: с ним произошло прямо противоположное. Начало революции было воспринято Карамзиным как исполнение обещаний философского столетия.

«Конец нашего века почитали мы концом главнейших бедствий человечества и думали, что в нем последует важное, общее соединение теории с практикой, умозрения с деятельностью», – писал Карамзин в середине 1790-х г. Утопия для него – не царство определенных политических или общественных отношений, а царство добродетели; сияющее будущее зависит от высокой нравственности людей, а не от политики. Добродетель порождает свободу и равенство, а не свобода и равенство – добродетель. К любым формам политик Карамзин относился с недоверием. Карамзин, ценивший искренность и нравственные качества политических деятелей, выделил из числа ораторов Ассамблеи близорукого и лишенного артистизма, но уже стяжавшего кличку «неподкупный» Робеспьера, сами недостатки ораторского искусства которого казались ему достоинствами. Карамзин избрал Робеспьера. Слезы, которые пролил Карамзин на гроб Робеспьера, были последней данью мечте об Утопии, платоновской республике, государству Добродетели.

Теперь Карамзина привлекает политик – реалист. Печать отвержения с политики снята. Карамзин начинает издавать «Вестник Европы» – первый политический журнал в России.  На страницах «Вестника Европы», умело используя иностранные источники, подбирая и переводы таким образом, чтобы их языком выражать свои мысли, Карамзин развивает последовательную политическую доктрину. Люди по природе своей эгоисты: «Эгоизм – вот истинный враг общества», «к несчастью везде и все – эгоизм в человеке». Эгоизм превращает высокий идеал республики в недосягаемую мечту: «Без высокой народной добродетели Республика стоять не может». Бонапарт представляется Карамзину тем сильным правителем – реалистом, который строит систему управления не на «мечтательных» теориях, а на реальном уровне нравственности людей. Он вне партии. Любопытно отметить, что, следуя своей политической концепции, Карамзин в этот период высоко оценивает Бориса Годунова. «Борис Годунов был один из тех людей, которые сами творят блестящую судьбу свою и доказывают чудесную силу Натуры. Род его не имел никакой знаменитости».

Замысел «Истории» созрел в недрах «Вестника Европы». Об этом свидетельствует все возрастающее на страницах этого журнала количества материалов по русской истории. Взгляды Карамзина на Наполеона менялись. Увлечение начало сменяться разочарованием. После превращения первого консула в императора французов Карамзин с горечью писал брату: «Наполеон Бонапарте променял титул великого человека на титул императора: власть показала ему лучше славы». Замысел «Истории» должен был показать, как Россия, пройдя через века раздробленности и бедствий, единством и силой вознеслась к славе и могуществу. Именно в этот период и возникло заглавие «История государства». В дальнейшем замысел претерпевал изменения. Но заглавие менять уже было нельзя. Однако развитие государственности никогда не было для Карамзина целью человеческого общества. Оно представляло собой лишь средство. У Карамзина менялось представление от сущности прогресса, но вера в прогресс, дававшая смысл человеческой истории, оставалась неизменной.

В самом общем виде прогресс для Карамзина заключался в развитии гуманности, цивилизации, просвещения и терпимости. Основную роль в гуманизации общества призвана сыграть литература. В 1790-е годы, после разрыва с масонами, Карамзин полагал, что именно изящная словесность, поэзия и романы будут этими великими цивилизаторами. Цивилизация – избавление от грубости чувств и мыслей. Она неотделима от тонких оттенков переживаний. Поэтому архимедовой точкой опоры в нравственном усовершенствовании общества является язык. Не сухие нравственные проповеди, а гибкость, тонкость и богатство языка улучшают моральную физиономию общества. Именно эти мысли имел в виду Карамзин поэт К. Н. Батюшков. Но в 1803 г., в то самое время, когда закипели отчаянные споры вокруг языковой реформы Карамзина, сам он думал уже шире.

Реформа языка призвана была сделать русского читателя «общежительным», цивилизованным и гуманным. Теперь перед Карамзиным вставала другая задача – сделать его гражданином. А для этого, считал Карамзин, надо, чтобы он имел историю свой страны. Надо сделать его человеком истории. Именно поэтому, Карамзин «постригся в историки». Истории у государства нет, пока историк не рассказал государству о его истории. Давая читателям историю России, Карамзин давал России историю. Бурные события прошлого Карамзину довелось описывать посреди бурных событий настоящего, в канун 1812 года Карамзин работает над VI томом «Истории», завершая конец XV века.  Последующие годы в погоревшей Москве были трудны и печальны, однако работа над «Историей» продолжается.

К 1815 году Карамзин закончил 8 томов, написал «Введение» и решил отправиться в Петербург для получения разрешения и средств на печатанье написанного. В начале 1818 года 3000 экземпляров первых 8 томов вышли в свет. Появление «Истории государства Российского» сделалось общественным событием. «История» долгое время оставалась главным предметом споров.

В декабристских кругах ее встретили критически. Появление «Истории» воздействовал на течение их мысли. Теперь уже ни один мыслящий человек России не мог мыслить вне общих перспектив русской истории. А Карамзин шел дальше. Он работал на IX, X и XI томами «Истории» – временем опричнины, Бориса Годунова и Смуты. В этих томах Карамзин достиг непревзойденной высоты как прозаик: об этом свидетельствует сила обрисовки характеров, энергия повествования. В царствование Ивана III и Василия Ивановича не только укрепилась государственность, но и достигла успехов самобытная русская культура.

В конце VII тома, в обзоре культуры XV-XVI веков, Карамзин с удовлетворением отмечал появление светской литературы – для него важно признака успехов образованности: «… видим, что предки наши занимались не только историческими или Богословскими сочинениями, но и романами; любили произведения остроумия и воображения».  В «Истории» соотношение меняется и преступная совесть делает бесполезным все усилия государственного ума. Аморальное не может быть государственно полезным. Страницы, посвященные царствованию Бориса Годунова и Смутному времени, принадлежат к вершинам исторического живописания Карамзина, и не случайно именно он вдохновили Пушкина на создание «Бориса Годунова».

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение » «История государства Российского», как философский труд, тогда жми кнопку

  • Рубрика: Творческие сочинения по русской литературе для 9 класса

  • Самые популярные статьи:



    Домашнее задание на тему: «История государства Российского», как философский труд.

    
    Наверх