Новые сочинения

  • Товары

    Изложения сюжетов рассказов А. П. Чехова

    25.12.2010

    Отрывок из рассказа А. П. Чехова «Степь». Композиция текста очень интересна, так как он разбит на три смысловые группы. В первой части описывается ночная степь и ее неотъемлемые спутники. Во второй автор рассказывает о том, как грустно и тоскливо сознавать, что степь одинока, что «богатства ее и вдохновение гибнут даром». В третьей же части автор возвращает нас от описания природы к действующим лицам и описывает встречу Иван Иваныча, Егора, о. Христофора и Дениса с Пантелеем и ребятами. Таким образом, текст состоит из четырех абзацев, один из которых – диалог. Повествование в этом отрывке ведется от третьего лица. Слова автора в нем отсутствуют, но чувствуется его оценка в описании степи. Он трепетно и с любовью доносит до читателя все прелести этого края, и ему не безразлично его настоящее и будущее.

    Чужая речь в данном тексте представлена диалогом, из которого мы можем понять, что беседую люди занятые, не имеющие свободного времени на разговоры, так как и вопросы Иван Иваныча и ответы Пантелея с ребятами в диалоге односложны.

    При написании этого отрывка автор использовал тип речи – повествование с элементами описания, и пишет его в художественном стиле. Предложения связаны последовательно. Каждое предложение самостоятельно, но в то же время дополняет предыдущее по смыслу, что позволяет нам сделать вывод, что связь предложений в тексте – цепная.

    Для описания природы автор использует множество эпитетов: ночь «бледная и темная», небо «бледно – зеленое, усыпанное звездами» и «необъятно глубокое и безграничное». Также присутствуют олицетворения: «природа настороже и боится шевельнуться: ей жутко и жаль утерять…», небо «глядит томно и манит к себе».

    Этот отрывок поразил меня не только необычностью построения композиции, но и используемыми выразительными средствами. Чехов очень точно, последовательно и кратко описал каждый образ, используя оригинальные эпитеты и метафоры. Благодаря этому, мы можем ясно представить себе все, что хочет донести до нас автор.

    Первый рассказ молодого Чехова, студента Московского университета, был напечатан в 1880 году в юмористическом журнале «Стрекоза». Вряд ли кому-нибудь из прочитавших тогда этот рассказ могло прийти в голову, что состоялся дебют писателя, которому суждено было стать великим художником слова. Но когда мы сегодня перечитываем «Письмо к ученому соседу», узнаем в юношеском произведении неповторимые, неотъемлемо чеховские черты. С первых строк нам открывается образ героя рассказа, человека упоенно невежественного, за его показным, вызывающим и даже хвастливым самоуничижением чувствуется нерушимая убежденность в своей правоте. Рассуждать логически он не способен, но ему ужасно хочется мыслить, «просвещать», наставлять на путь истины.

     В споре ему не хватает аргументов. Самое убедительное, что он может сказать: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Его заискивающий тон легко переходит в раздраженно-повелительный. Презреннее всех для него простые люди. Отправляя свое послание с ключником Трофимом, он просит профессора наказать посыльного, если тот опоздает: «Побейте его по щекам, по-профессорски, нечего с этим племенем церемониться».

    Он не просто глуп, но, если так можно выразиться, «верно-подданнически идиотичен». Чего стоит хотя бы его рассуждение о том, почему жизнь на Луне невозможна: «И правительства не могут дозволить жить на Луне, потому что на ней по причине далекого расстояния и недосягаемости ее можно укрываться от повинностей очень легко».

    Василий Семи-Булатов — первый в длинной и пестрой веренице чеховских персонажей, доморощенных мыслителей, «филозофов», печенегов, самодуров, властных и грубых «отцов семейства», бурбонов, унтеров пришибеевых.

    Вместе с тем в первом рассказе уже наметилась характерная черта Чехова-художника, не любящего разъяснять смысл изображаемого, обижать читателя подсказками и поучениями, заслонять живые образы персонажей собственными рассуждениями. Позже Чехов выскажется против авторских характеристик, похожих на объяснительные надписи, «которые в садах прибивают к деревьям ученые садовники и портят пейзажи».

    В первом рассказе еще давала себя знать некоторая прямолинейность в раскрытии образа, грубоватость шуток. Пройдет несколько лет, и стремительно возрастет писательское мастерство, сила сатирического обличения, острота насмешки.

    Пришибеев — не просто грубиян и невежда, унтер в нем полностью заслонил человека. Лицо у него «колючее» и голос «придушенный». Он даже не говорит, а «отчеканивает каждое слово, точно командуя». Но за всей бессмыслицей унтера четко прослеживается его позиция: «Где в законе написано, чтоб народу волю давать?» Сама жизнь в его представлении — нечто подозрительное, не вполне соответствующее своду законов, требующее неукоснительного надзора, неусыпной слежки. Когда его отстраняют от должности, Пришибеев недоумевает: «За что?!», а выйдя из камеры, кричит на мужиков: «Наррод, расходись! Не толпись! По домам!» -

    Вот в чем нестареющая сила чеховского реализма: образ индивидуализирован, очерчен зримо, как живой.

    Рядом с самодовольными семи-булатовыми, полицейскими надзирателями очумеловыми («Хамелеон»), унтерами пришибеевыми, со всеми этими штатными и сверхштатными блюстителями выстраивается другая группа персонажей молодого сатирика: не «толстых», а «тонких», маленьких, запуганных людишек. Маленький чиновник с громкой фамилией Дездемонов («Депутат, или Повесть о том…») и его сослуживцы решили было протестовать против самодурства начальника. Депутатом к нему единодушно избирают Дездемонова. «Ступай, Сеня! Не бойся! Так и скажи ему! Не на тех наскочил, мол, вашество!» Дездемонов отказывается: «Вспыльчив я, господа… Наговорю чего доброго!» Начало, как будто предвещающее острый конфликт, столкновение с зарвавшимся самодуром. Дездемонов все же соглашается стать депутатом. Но весь юмор в том и состоит, что вслед за большим, почти героическим замахом — никакого удара! Войдя к «его-ству», Дездемонов лишается дара речи. Сюжет рассказа в том, что действие не состоялось. Маленький человек, чиновник последнего или предпоследнего ранга и чина, забит, запуган настолько, что унижается даже тогда, когда вышестоящее лицо этого не требует.

    Рассказ «Толстый и тонкий» вначале строится так: «толстый», узнав, что друг его детства «тонкий» переведен в его департамент, тотчас надувается, как «индейский петух»: «Поздно, милостивый государь, на службу являетесь». Но спустя несколько лет, готовя рассказ для сборника «Пестрые рассказы», Чехов переделал конец: толстый уже не надувается, не делает тонкому выговора. Он и вправду растроган неожиданной встречей, ему совсем не нужно, чтобы тонкий перед ним пресмыкался. Но так сильна традиция всеобщего чинопочитания, что, узнав о чине толстого, тонкий, его жена, даже узлы и картонки сразу «съежились». Снова — привычка, с которой герой «уже совладать не может». Даже когда с ним говорят по-человечески, он ведет себя так, будто на него кричат и топают ногами. Чеховские рассказы 80-х годов говорят о той атмосфере социальной подлости, о том искажении человеческой личности, которое определяло жизнь самодержавной бюрократической России.

    Страницы: 1 2

    Понравилось сочинение » Изложения сюжетов рассказов А. П. Чехова , тогда жми кнопку

  • Рубрика: Образцы изложений по русской литературе

  • Самые популярные статьи:



    Домашнее задание на тему: Изложения сюжетов рассказов А. П. Чехова.

    
    Наверх