Национальный миф в романе “Бесконечный тупик”

Национальный миф — это идеализированное представление нации о самой себе, или, как пишет Галковский, такое сплетение фактов и вымысла, которое для определенного национального социума звучит как “Истина”. Демифологизация национальных (и социальных) мифов — одна из важнейших задач постмодернистской литературы, способствующей освобождению народов от самоослепления и утопизма.

Своеобразие русского мифа позволяет оттенить его соотнесение с германским мифом. В основе германского мифа лежит, по наблюдениям Бердяева (к которому отсылает Одиноков), стремление к рационализации и организации (окультуриванию) бессознательного, иррационально-хаотического, что воспринимается немцем как долг, порождая непомерные притязания. “… Христианское миросозерцание после отображения в океане (германского) бессознательного логически перенимает свойства Вотана по ту сторону небес” В основе русского мифа лежит иррациональное стремление к бегству от мира-хаоса и поиск спасения в трансцендировании жизни. Христианское миросозерцание после отображения в океане русского бессознательного приводит к появлению представления о Святой Руси — спасительнице человечества. “Святая Русь – это … прежде всего метафизическое и мистическое понятие, а не живая реальность. <…> Ее как будто нет в действительности, и вместе с тем, одновременно, она присутствует в качестве идеала, о котором всегда помнит и грезит русская земля”.

Бессознательное у русских доминирует над сознанием, утопическое — над реальным. Одиноков в связи с этим цитирует Розанова: “Еврей находит “отечество” во всяком месте, в котором живет… <…> Еврей — космополит, гражданин мира, русский — псевдополит. Он и на своей родине чужой ” , так как истинной родиной считает Царство Небесное. Сама жизнь для такой страны-монаха, посвятившей себя служению Богу, каковой традиционно являлась Россия, — лишь подготовка к истинной жизни; она живет апокалипсическими и эсхатологическими настроениями, дышит христианством в его “чистом виде” (мистическое христианство). Одиноков называет русское общество слишком христианским, монотонно христианским, чисто и высоко христианским.

Идеал русских столь высок, что обесценивает реальность, порождает к ней враждебное отношение, способное достигать степени сатанинского злорадства. Поэтому оборотная сторона трансцендентального идеализма — нигилизм. В “Исходном тексте” Галковский характеризует русскую нацию как нацию “с социалистической (нигилистической) пустыней в душе” (Континент, 1994, №81, с. 233), называет Россию прародиной экзистенциализма. Степень отрицания у русских прямо пропорциональна силе утверждения потустороннего идеала, обладает колоссальной психической энергетикой (так называемая “страстность” русских, отмеченная Н.Лосским). Инстинкт самосохранения у нации ослаблен иррациональным влечением к смерти. Ведь христианство “в чистом виде” — это и есть стремление к небытию, — вслед за Ницше, но применительно именно к русской ментальности утверждает Галковский и раскрывает “логику” данного стремления: “или жить в этом мире и бороться со злом, но потерять святость, или умереть на кресте и святость сохранить, дав тем самым миру идею святости. Идея Святой Руси — это идея смерти и сохранения святости”. В полной мере танатоидальное проявление коллективного бессознательного русской нации обнажает маниакальная идея жертвования Россией ради спасения мира, прослеживаемая Одиноковым у многих русских мыслителей, от Чаадаева до Бердяева. Томас Манн сказал, что немецкому народу свойственно решать свои внутренние проблемы за счет всего мира. Можно добавить, что русскому народу свойственно решать мировые проблемы за свой собственный счет”, — замечает автор-персонаж (с. 420).

Отрицание реального мира и иррациональное влечение к смерти — это то, что роднит Россию с Востоком (индуизмом и буддизмом прежде всего), хотя для русского человека понятия добра и зла существуют. Начало европеизации связано с активацией иного проявления

 

коллективного бессознательного — инстинкта жизни и с противоборством Танатоса и Эроса. “Принятие античного логоса Аристотеля — это отказ от святости, но сохранение русского мира”, — констатирует Галковский.

Страницы: 1 2 3

Понравилось сочинение? Сохрани в закладках сайт еще пригодится - » Национальный миф в романе “Бесконечный тупик”

Рубрика: Образцы сочинений по русскому языку