В Великобритании очень много достопримечательностей. Это как современные, так и древние памятники, такие как Стоунхендж, стена Хейдриана, замок Дорем и Собор в Йорке. В северной Англии находится знаменитый район озер. В Эмблсайде можно посетить «Музей пароходства». Пароход «Долли», которому 150 лет, — самый старый в этом музее. В Йорке туристов обычно привлекает Национальный железнодорожный музей. Он рассказывает об истории изобретения паровоза Стивенсоном. Но больше всего привлекают внимание достопримечательности Лондона. Среди них: Вестминстерское аббатство, здание Парламента, Букингемский дворец, собор св. Павла, Лондонский мост, Тауэр. Лондон расположен на реке Темзе. Его население более 11 млн человек. Это — красивый древний город. Он был основан более 2000 лет назад. На здании Парламента можно увидеть знаменитые башенные часы Биг Бен, символ Лондона. В действительности Биг Бен — это колокол, который отбивает каждые четверть часа. Еще один памятник, который может поразить, — это Букингемский дворец. Это резиденция королевы. Лондон также знаменит своими парками. Гайд-парк — самый демократичный парк в мире, здесь любой может сказать все, что хочет. Лондонский зоопарк находится в Риджентс-парке. Мне бы хотелось все это увидеть собственными глазами.

Не знаю, удалось ли мне сделать и выразить в моих вещах то, что я хотел – любовь к жизни, радость и бодрость, любовь к своему русскому. Это было всегда единственным "сюжетом" моих картин. Кустодиев Б. М. Борис Михайлович Кустодиев родился в Астрахани в 1878 году, и там, на волжских берегах прошли его детство, отрочество и юность.

Николай Васильевич Гоголь — выдающийся мастер слова, гениальный прозаик и непревзойденный сатирик. Его творения являются неисчерпаемым источником чарующей красоты искусства, бичующей сатиры и искрометного юмора. В то время, когда Гоголь начинал свою литературную деятельность, главным вопросом общественного развития России был вопрос об уничтожении крепостного права, которое сковывало все живое, прогрессивное в стране и обрекало русский народ на долголетнее прозябание в условиях феодальной отсталости. Продолжая гуманистические, антикрепостнические традиции Радищева и Фонвизина, Пушкина и Грибоедова, Гоголь своим уничтожающим смехом разит этот строй и содействует развитию в России демократических прогрессивных идей.

«Разве можно понять что-нибудь в любви…». Булат Окуджава.

Джеймс Джойс был одним из основателей европейского модернизма. Его произведения отмечены смелым экспериментом с языком и стилем, средствами изображения внутреннего мира человека. Ярким примером воплощения модернистской поэтики писателя стало его психологическое эссе «Джако» Джойс. С чего начинается любовь? С трепещущего взгляда фиолетовых зрачков, что жалит жгучей иглой? Со стука высоких каблуков на гулких ступеньках, который долго-долго отзывается в сердце? Или с приветливого румянца, который зажигается на бледных щеках, пока ты говоришь какие-то суетливые слова об обыденных вещах? И что делать с темной волной ощущений, которая окутывает тебя снова и снова, и снова? А любимая девушка гораздо моложе тебя, она – твоя ученица, а у тебя к тому же есть жена. Эти неотвратимые вопросы встают перед лирическим героем эссе Джеймса Джойса «Джакомо Джойс», которое написано в виде набора фрагментов. Произведение представляет собой своеобразную художественно-дневниковую летопись истории любви, поток переживаний, ассоциаций, воспоминаний героя.

Самые популярные статьи:

Недавно в одной из своих речей тов. Ленин заметил: «социализм уже теперь не есть вопрос отдаленного будущего, или какой-нибудь отвлеченной картины, или какой-либо иконы». В этом – главное нашей эпохи.

Социализм перестал быть идеалом в том смысле, в каком он был раньше, скажем, лет 20-30 тому назад. Он – не призывная звезда, сияющая в далеких и чистых небесах, он стал вопросом тактики, практики и воплощения в непосредственно-данную жизнь. И это заставляет одних радостно и трепетно заглядывать куда-то выше, стараться приподнять следующую завесу и дерзко мечтать о дальнейших завоеваниях, – и великим, неподдельным страхом наполняет других, страхом перед тем социализмом, который уже входит, так сказать, в обиход, ибо исторический приговор приводится уже в исполнение. Роман Замятина интересен именно в этом отношении: он целиком пропитан неподдельным страхом перед социализмом, из идеала остановящимся практической, будничной проблемой.


Наверх