Революция во Франции и книга Герцена «С того берега»

Целое поколение демократов сложилось накануне революции во Франции: «Люди с большим самолюбием, но с малыми способностями, с огромными притязаниями, но без выдержки и силы на труд. Легкость, с которой, и то только по-видимому, всплывают знаменитости в революционные времена — поражает молодое поколение, и оно бросается в пустую агитацию; она приучает их к сильным потрясениям и отучает от работы. Жизнь в кофейных и клубах увлекательна, полна движения, льстит самолюбию и вовсе не стесняет. Опоздать нельзя, трудиться не нужно, что не сделано сегодня, можно сделать завтра, можно и вовсе не делать».

В его саркастических замечаниях насчет этой богемы революции сказалось разочарование. У этих бумажных драконов, конечно же, нет никакой теории, никакого революционного метода. «Кофейные агитаторы», разумеется, не составляют революционного движения: они лишь представляют его. Надо полагать, где-то в гуще скрываются настоящие «делатели и двигатели событий,— кровью, слезами и речами которых водворяется новый порядок в истории». Надо раздвинуть, отвести в сторону эту пену на поверхности, чтобы увидеть за массой «революционных лаццарони» (Герцен мог быть в иных случаях необычайно резким в своих определениях) истинных руководителей народа.

Где же они? Вот в одном из очередных своих обходов видит Герцен в кафе «отчаянных граждан», которые «сидели за большими стаканами». Снова пытает он их расспросами. И тут с пугающей ясностью открылось ему: «Нет никакого плана, нет никакого настоящего центра движения, никакой программы. Вдохновение должно было сойти, как некогда святой дух на голову апостолов».

Что это означало? Только одно: Герцен умел отлично обращаться с логикой. Нет никакой революционной партии со своей программой, четкой целью, с учением о стратегии и тактике борьбы. Нет признанных вождей, имеющих право и основание встать во главе народа и вести его. Не потому их нет, что они оттеснены «революционными хористами», а потому, что таков характер движения во Франции.

Мы сейчас понимаем, что в этом сказалась незрелость демократического, социалистического движения, неизбежная незрелость французского пролетариата, только что вступившего в длительную борьбу за освобождение свое и своего народа. Во главе его все еще стояли буржуазно-демократические деятели. Мелкобуржуазной революционности, в сущности, не нужно было никакой теории, потому что коренные социальные преобразования   не   являлись   ее   целью.   Революционная   теория пролетариата, научное учение о социализме ужо создавалось К. Марксом и Ф. Энгельсом. Но Герцену сначала это было неизвестно, а потом он решил, что оно — не для России, потому что в России почти нет пролетариата, а большинство народа составляет крестьянство.

Стихийность революционного движения во Франции удивила Герцена. Неорганизованность поразила. Самодовольство и авантюризм буржуазных болтунов возмутили его. Животный страх и его следствие — дикая жестокость мелких собственников и вооружившихся лавочников потрясли его и зажгли в нем ненависть к самодовольному мещанству, к торжествующей буржуазии. Они опора реакции; им нужна «сильная рука»; они и вызвали Луи-Наполеона — этот призрак великого дяди. Это была настоящая драма: Герцен разуверился в революционных возможностях Франции. Более того, разгром революции он принял за признак несомненного исчерпания энергии западных народов.

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение? Сохрани в закладках сайт еще пригодится - » Революция во Франции и книга Герцена «С того берега»

Рубрика: Образцы сочинений по русскому языку