Содержание повести Быкова «Его батальон» – глава «Атака»

4.02.2011

Побрившись, комбат достал свой пистолет ТТ 1939 года — это был его друг и спаситель, не раз выручавший в трудную минуту. Волошин протер его носовым платком. Оружейное масло хранилось в сумке Гутмана, блаженно спящего рядом. Комбат не захотел будить ординарца. В блиндаж  протиснулся Круглое, он растопил погасшую печку, вскоре повеяло дымом и потеплело. Круглов не сомневался, что приказ о взятии высоты батальон выполнит. Волошин пожаловался на пришедшее пополнение, плохо понимающее по-русски. Круглов успокоил, он сумеет договориться с бойцами, сам из Самарканда. Насчет политобеспечения Круглов пообещал прочесть бойцам письмо от девушек из Свердловска, лучше всякой беседы. Он зачитал отрывок письма, в котором девушки заверяли, что ждут героев-фронтовиков, надеются на них, хранят девичью любовь и нежность.

Круглов собрался в роты, и Волошин посоветовал пойти к Муратову, что-то ротный совсем скис.  Комбат надеется, вдруг завтра все обойдется, они займут высоту, «закрепятся, зароются, настанет какая-нибудь передышка, можно будет отдохнуть в обороне». И тут же стыдится своих мыслей — решил отдохнуть, когда пол-России стонет под немцем, льется кровь пополам со слезами. Умом это понимает, а тело жаждет отдыха и покоя.

Он достал письмо матери, живущей в Витебске и написавшей сыну накануне оккупации города. Она писала, что не уйдет из родного города, где прожила всю жизнь, тридцать лет отдав школе. Решила остаться дома, рядом с могилами родителей и мужа. Но все её помыслы обращены к сыну, она просит его, «если возможно, побереги себя». Перечитывая письмо матери, Волошин думал: «Милая, добрая, наивная мама, если бы это было возможно…»

Похоже, он задремал, пригревшись в углу, и вдруг подхватился от испуга с ясным сознанием беды, снаружи тишину разорвал шквал огня, гула и треска. Немцы забрасывали болото и расположение батальона минами, бесконечно взлетали осветительные ракеты. Комбат понял, разведчики напоролись на немцев, сейчас там идет бой. Крикнув Гутмана, Волошин кинулся вниз по склону. 7-я рота вся на ногах, Самохин доложил, что разведчиков еще нет, вероятно, это они отбиваются от немцев. Волошин приказал немедленно отправить десять человек на выручку разведчиков, но не успели бойцы отойти к болоту, как увидели возвращающихся разведчиков. Нагорный доложил, что ранен Дрозд.

Они ползли назад, но нарвались на спираль, натянутую немцами недавно. Еще идя к немцам, разведчики прошли свободно, а на обратном пути нарвались на спираль Бруно. Нагорный объяснил, что шум поднялся, когда он тянул раненого. Но зато нет минных полей, немцы ходят спокойно, значит, мины не поставлены. Волошин немного успокоился: минных полей нет, разведчики хотя и с одним раненым, но вернулись. Капитан похвалил бойца, не бросившего раненого.

Волошин понял, высоту надо брать срочно. Промедли еще день, появится не одна спираль Бруно, а несколько, да еще и минное ограждение. Раненого унесли в тыл, Самохин пообещал напомнить трусу, как за него пошел в разведку другой: «Я ему покажу, как за чужие спины прятаться». Комбат понял, о ком идет речь, но промолчал, приказал быстрее накормить бойцов перед предстоящей атакой, уточнил каждому ротному его участок наступления. Самохин поинтересовался, много ли у артиллеристов снарядов. Комбат ответил, что дали по двадцать на орудие. Главная надежда на ДШК. Если Ярощук не подведет… «Комбат пошел к Кизевичу, главная забота ночи свалилась с его плеч», без мин управиться будет легче во всех отношениях. Теперь надо выяснить, что с «Малой» высотой, кто там? Неожиданно Гутман заговорил, что Самохин покажет теперь Кабакову, будет знать, как прятаться за чужие спины. Комбат ответил, что на фронт все люди приходят разными, а тут вдруг ко всем одни требования, и, конечно, не все им соответствуют. Надо время, чтобы притереться, а его как раз и нет. Гутман сказал, что ненавидит трусов. Все боятся, но чтобы прятаться за спины других — это несправедливо. Потом он попросился в роту, хочет отомстить за родственников, погибших в Киеве. Гутман вполне сгодился бы на должность ротного, но Волошин не мог оставаться без толкового ординарца. Он пообещал решить этот вопрос после завтрашнего наступления — сейчас не время. Их прервали: комбата вызвал к телефону командир полка.

На КП никто уже не спал, разведчиков не было. Волошин спросил, накормили ли людей, послал Маркина проконтролировать выполнение приказа по подготовке рот к атаке.

Потом Волошин приготовился к докладу. Майор интересовался, что опять за шум в расположении батальона. Комбат доложил — это разведчики нарвались на немцев, один ранен. На вопрос Гунько о раненом Волошин ответил, раненого вынесли и уже отправили в санчасть. Гунько еще раз повторил приказ: «Кровь из носу, а высоту взять». Он сообщил, что для контроля и помощи к комбату прибудут командиры из штаба. Волошин криво усмехнулся, ему нужны были стволы, поддержка артиллерии, а не бесполезные надсмотрщики. На вопрос комбата о времени атаки Гунько подтвердил — время прежнее — 6.30. Поговорив с майором, Волошин принялся за завтрак. Опять «зазуммерил» телефон. Из штаба требовали результатов разведки, комбат ответил, что сам пока не получил сведений. Позже в землянку ввалились три плотные фигуры: капитан Хилько, начхимслужбы полка; полковой инженер, фамилии которого Волошин еще не знал; третьим оказался майор, ветврач. Он сразу же стал интересоваться наличием конского состава. Волошин ехидно заметил, что в батальоне ожидается атака, а не «вывод конского состава». Капитан отослал их к начальнику штаба, а сам занялся подготовкой к атаке. Волошин оставил прибывших на своем КП, а сам, позвав за собой телефониста, пошел в роты. Он решил послать взвод под командой Нагорного на высоту. Они закрепятся, а потом прикроют наступление батальона. Не успел комбат прийти в седьмую роту, как его догнал Гутман, сопроводивший туда ветврача.

Чем ближе было время атаки, тем стремительнее летело время. Волошин боялся упустить что-то важное, но роты уже позавтракали, Нагорный во главе четырнадцати человек выдвинулся на высоту. А вот разведчики Кизевича еще не возвращались с «Малой» высоты. Комбат послал ординарца за ротным. Сюда же подошел капитан Иванов, командир артиллерийской батарей. Ветврач поинтересовался боеприпасами. Волошин ответил, что положено — дали и больше не предвидится. Он посоветовал майору уйти на КП, там безопаснее, но тот отказался: должен все видеть своими глазами. Отдавая приказ ротным, комбат поставил задачу Кизевичу во фланге атаковать и «Малую» высоту, для этого ему отдан один из двух пулеметов Ярощука. Ярощук повозмущался, что распыляются силы, но комбат проигнорировал его мнение. Он подчеркнул, главный замысел боя состоит в быстроте захвата высоты. Девятой же предстоит труднейшая задача, идя на «Большую» высоту, не забывать о «Малой». Кизевич поинтересовался, а если там немцы? Волошин уточнил: «Если на «Малой» высоте немцы, то роте необходимо взять сначала её, а потом уж двигаться к «Большой», не оставлять же врагов у себя в тылу во время атаки». Комбата опять вызвал к телефону Гунько, поторапливая с подготовкой к атаке. Но эти вызовы только нервировали и отвлекали комбата от дела.

После разговора с майором Волошин продолжил инструктировать ротных. Главный удар осуществляется восьмой ротой, «как всегда», — отметил Муратов. Перед самой атакой ротные заняли свои места. В траншее с Волошиным остался Самохин, это было расположение его роты, ветврач и артиллерист Иванов. Круглов ушел к Кизевичу, которому сейчас предстояла задача не из легких.

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение » Содержание повести Быкова «Его батальон» – глава «Атака», тогда жми кнопку

  • Рубрика: Краткие изложения сюжета произведений

  • Самые популярные статьи:



    Домашнее задание на тему: Содержание повести Быкова «Его батальон» – глава «Атака».

    
    Наверх