Сумасшедший мир в романе Зиника «Лорд и егерь»

 Прототипом которого послужил Владимир Буковский, обличавший использование психиатрии в карательных целях. представление о реальности, превращенных в актеров либо марионеток, Виктор, Феликс, Светлана хотят пробиться к самим себе истинным, постичь свое подлинное “я”. Этой цели во многом способствует эмиграция.

Эмиграция играет роль своего рода шокотерапии, что согласуется с развиваемой в романе доктором Генони теорией “театральной” психиатрии, согласно которой для преодоления различных фобий и страхов следует “изменить внешние обстоятельства, вплоть до аспектов внешности и манеры поведения человека, и, тем самым, изменить его психику” (с. 48). При этом “тело отчуждается, как у Пиранделло, от души: тело здесь, а душа витает в ином месте. В России”. Смещение привычного угла зрения на Запад и Восток, жизнь, культуру дает новый взгляд на вещи, способствует переоценке многих привычных представлений, рождает проблему самоидентификации.

В романе множество развернутых монологов, диспутов-диалогов, философских и психологических поединков, играющих роль катализаторов процессов мышления, взаимной нравственной психотерапии. В каком-то смысле такие исповеди, диспуты и поединки — домашний театр, “театр для себя”, т. е. бытовое общение, осуществляемое на уровне классических литературных образцов. Оно вовсе не идиллично, часто болезненно для его участников, ибо предполагает идеальные требования к личности и делает предметом пристрастного обсуждения душевные язвы и затаенные комплексы, но необходимо каждому из присутствующих как зеркало, в котором он видит себя без прикрас.

Смещение и корректировка взглядов, вносимые эмиграцией, дают возможность более объективно оценить свое прошлое и себя в нем, а следовательно, истоки своего теперешнего “я”, способствуют самоопределению, освобождению от “ненормального” в себе. Это тем более необходимо потому, что эмигрант как бы начинает жизнь сначала, с азов, зависает в воздухе и, чтобы, бежав от одной формы безумия, не впасть в другую, должен стремиться к самосохранению своего высшего “я”.

Как и во многих других случаях, писатель переводит проблему в обобщенно-метафорический план. Перекликаясь с Цветаевой, устами доктора Генони Зиник вопрошает: “Не все ли мы по сути — эмигранты и диссиденты в этом мире? И не отделены ли мы от своего прошлого Железным занавесом непоправимых поступков?” (с. 263). Автор обыгрывает представления платонизма о душе как “эмигрантке” из мира иного в мир земной. Сохраняя память об идеальном мире, она неизбежно становится “диссиденткой” в несовершенном земном бытии. Такой душой и наделены Виктор, Феликс, Светлана. Критический взгляд на вещи не отменяет для них идеальное. Людям Запада зиниковские герои кажутся детьми, предпочитающими “мир без взрослых”. Но, может быть, не имеющие жестких прагматических установок и способны скорее понять Других? Выступить как “переводчики”, сближающие культуры?

Зиник — за разрушение “железного занавеса”, разделяющего людей. И сам он преодолевает границы, и не только национальные, идеологические, но и эстетические. Постмодернистское двуязычие (соединение литературоведения и литературы) вводит в мир-текст, пространство которого безгранично и способно породить самые неожиданные интерпретации. Занимательность повествования не отменяет его серьезности, так что роман должен быть интересен и массовому читателю, и элитарному. Книгой “Лорд и егерь” Зиника постмодернизм усилил свои позиции в литературе русского зарубежья.

Страницы: 1 2

Понравилось сочинение? Сохрани в закладках сайт еще пригодится - » Сумасшедший мир в романе Зиника «Лорд и егерь»

Рубрика: Образцы сочинений по русскому языку